Жизнь

«Она умерла тихо, и никто о ней даже не вспомнил!» Уникальные судьбы и подвиги «ночных ведьм» после войны быстро забыли

09.05.2018 Петербург 24/7 174 https://spb247.ru/18519/

Их называли "ночными ведьмами" и "легендами" - героических девушек, которые отчаянно боролись за победу нашей страны в годы Великой Отчественной войны. Отважные боевые девушки от 15 до 29 лет в составе 46-го гвардейского ночного бомбардировочного авиационного полка принимали участие в освобождении Новороссийска, боях на Кубани, Крыму, Беларуси, Польше, добрались до Берлина.  По неполным данным, полк уничтожил и повредил 17 переправ, 9 железнодорожных эшелонов, 2 железнодорожные станции, 46 складов, 12 цистерн с горючим, 1 самолёт, 2 баржи, 76 автомобилей, 86 огневых точек, 11 прожекторов. Было вызвано 811 пожаров и 1092 взрыва большой мощности. Также было сброшено 155 мешков с боеприпасами и продовольствием окружённым советским войскам.

Авиационный полк был сформирован в октябре 1941 года по приказу НКО СССР. Руководила формированием Марина Раскова, ей было всего 29 лет. Командиром полка была назначена Евдокия Бершанская, лётчица с десятилетним стажем. Под её командованием полк сражался до окончания войны. Порой его шутливо называли «Дунькин полк», с намёком на полностью женский состав и оправдываясь именем командира полка. 

Формирование, обучение и слаживание полка проводилось в городе Энгельсе. Авиаполк отличался от прочих формирований тем, что был полностью женским. Только женщины занимали здесь все должности: от механиков и техников до штурманов и пилотов.

Подвиги «ночных ведьм» уникальны — на счету бомбардировщиц тысячи вылетов и десятки тонн сброшенных на вражеские позиции бомб. И это на деревянных бипланах ПО-2, которые создавались никак не для военных целей и немецким силам противовоздушной обороны мало чем могли ответить!

Воспоминания летчицы Натальи Кравцовой (Меклин):

— Наш учебный самолет создавался не для военных действий. Деревянный биплан с двумя открытыми кабинами, расположенными одна за другой, и двойным управлением — для летчика и штурмана. До войны на этих машинах летчики проходили обучение. Без радиосвязи и бронеспинок, способных защитить экипаж от пуль, с маломощным мотором, который мог развивать максимальную скорость 120 км/час. На самолете не было бомбового отсека, бомбы привешивались в бомбодержатели прямо под плоскостью самолета. Не было прицелов, мы создали их сами и назвали ППР (проще пареной репы). Количество бомбового груза менялось от 100 до 300 кг. В среднем мы брали 150—200 кг. Но за ночь самолет успевал сделать несколько вылетов, и суммарная бомбовая нагрузка была сравнима с нагрузкой большого бомбардировщика.

Никакие трудности не пугали летчиц. А когда им хотелось почувствовать себя просто женщинами, они устраивали танцы на аэродроме прямо в комбинезонах и унтах, вышивали на портянках незабудки, распуская для этого голубые трикотажные кальсоны.

Летчицы в воспоминаниях описывают свою мешковатую форму и огромные сапоги. Форму по размеру для них пошили не сразу. Потом появилось два вида формы – повседневная с брюками и парадная с юбкой.
На задания, конечно, вылетали в брюках, форма с юбкой была предназначена для торжественных встреч командования. Конечно, девушки мечтали о платьях и туфлях.

Каждую ночь летчицы успевали делать по 10-12 вылетов. Они не брали с собой парашюты, предпочитали вместо них схватить с собой дополнительную бомбу. Полет длился час, потом самолет возвращался на базу, чтобы заправиться и подвесить бомбы. Время на подготовку самолета между полетами занимало пять минут. 

Воспоминания летчиц:

— Около часа длится полет, а на земле ждут механики и вооруженцы. Осматривать, заправлять самолет, подвешивать бомбы они умели за три-пять минут. Трудно поверить, что молодые тоненькие девочки в течение ночи своими руками и коленками, без всяких приспособлений подвешивали каждая до трех тонн бомб. Эти скромные помощники летчиков показывали подлинные чудеса выносливости и мастерства. А механики? Целые ночи работали на старте, а днем — ремонт машин, подготовка к следующей ночи. Были случаи, когда механик не успевала отскочить от винта при запуске мотора и ей перебивало руку... И тогда мы ввели новую систему обслуживания — дежурными сменными бригадами. За каждым механиком закреплялась определенная операция на всех самолетах: встреча, заправка или выпуск... Вооруженцы тройками дежурили у машин с бомбами. Руководил один из старших техников АЭ. Боевые ночи стали напоминать работу отлаженного заводского конвейера. Вернувшийся с задания самолет уже через пять минут был готов к новому вылету. 

Разные истории привели женщин на войну. Среди них есть и трагические. Евдокии Носаль пришла на фронт, чтобы меньше думать о смерти новорожденного сына. Сразу после того, как Евдокия родила, в Бресте началась бомбежка родильного дома. Евдокия выжила, а тело своего сына она потом нашла под обломками.

Воспоминания летчиц:

— Дуся чудом осталась жива. Но она не могла уйти с того места, где еще недавно стоял большой светлый дом. Там, под обломками, лежал ее сын... Она скребла ногтями землю, цепляясь за камни, ее оттаскивали силой... Дуся старалась забыть все это. Летала, летала и каждую ночь успевала сделать больше боевых вылетов, чем другие. Она всегда была первой. Она приехала к нам, летала блестяще, а на приборной доске ее самолета всегда был прикреплен портрет ее мужа, тоже летчика — Грицко, так с ним и летала. Дусю первой мы представили к званию Героя Советского Союза. 

Из дневника летчицы Жени Рудневой:

"24 апреля.
Вчера утром прихожу к штурманам, собирающимся бомбить, поругала их за отсутствие ветрочетов и спрашиваю Нину Ульяненко: «Да, Нина, ты была на полетах, как там, все в порядке?» Нина странно взглянула на меня и каким-то чересчур спокойным голосом спрашивает: «Что — все в порядке?»
— Ну, все благополучно?
— Дусю Носаль убили. Мессершмит. У Новороссийска...
Я только спросила, кто штурман. «Каширина. Привела самолет и посадила». Да, у нас всякий раз что-то новенькое. И обычно всякие происшествия на старте бывают без меня. Дуся, Дуся... Рана в висок и затылок, лежит как живая... А ее Грицко в Чкалове...
А Иринка молодец — ведь Дуся навалилась на ручку в первой кабине, Ира привставала, оттягивала ее за воротник и с большим трудом вела самолет. Все еще надеялась, что она в обмороке...
Что бы я вчера ни делала, все время думала о Дусе. Но не так, как это было год назад. Теперь мне стало гораздо тяжелее, Дусю я знала близко, но сама я, как и все, стала другой: суше, черствее. Ни слезинки. Война. Только позавчера летала я на эту цель с Люсей Клопковой... Утром мы с ней со смехом выпили за то, что нас не подбили: мы слышали под плоскостями разрывы зениток, но они нас не достали...»

«...В гробу она лежала строгая, с перебинтованной головой. Трудно было сказать, что белее — ее лицо или бинт... Прозвучал салют из винтовок. Низко-низко пролетела пара истребителей. Они покачали крыльями, посылая прощальный привет.»

Летчица Наталья Кравцова попала на фронт тоже по своей воле. Она росла на Украине, в Киеве и Харькове. Там окончила школу и аэроклуб, а в 1941-м переехала в Москву и поступила в Московский авиационный институт.

Началась война, и девушка вместе с другими студентами отправилась на строительство оборонительных укреплений под Брянском. Вернувшись в столицу, записалась, как и другие будущие «ночные ведьмы», в женскую авиационную часть Марины Расковой, окончила Энгельсскую военную школу пилотов, а в мае 42-го попала на фронт.

Была штурманом, а позднее переучилась на пилота. Первые вылеты в качестве летчика совершила в небе над Таманью. Ситуация на фронте была непростой, немецкие силы отчаянно сопротивлялись советскому наступлению, а противовоздушная оборона на занятых рубежах была насыщена до предела. В таких условиях Наталья стала настоящим асом: научилась уводить самолет от вражеских прожекторов и зениток, уходить невредимой от ночных истребителей немцев.

Вместе с полком командир звена гвардии лейтенант Наталья Меклин прошла путь длиной в три года, от Терека до Берлина, совершив 980 боевых вылетов. В феврале 45-го она стала Героем Советского Союза.

После войны Наталья Кравцова писала повести и рассказы о Великой Отечественной войне. Наиболее известная книга — «Нас называли ночными ведьмами. Так воевал женский 46-й гвардейский полк ночных бомбардировщиков» — была написана совместно с ее фронтовой подругой Ириной Ракобольской.

Другая летчица, Ирина Себрова, была одной из первых, кто обратился к Марине Расковой с просьбой зачислить ее в формирующийся женский авиаполк. Она окончила московский аэроклуб, работала инструктором и до войны выпустила несколько групп курсантов.

Летчицы Ирина Ракобольская и Наталья Кравцова (Меклин):

— Ира Себрова сделала в полку больше всех вылетов — 1004, даже произнести страшно. Я думаю, что во всем мире не найти летчика с таким количеством боевых вылетов.

Над Донбассом, Новороссийском и Эльтигеном, в Белоруссии, Польше и Германии Себрова поднимала свой самолет против врага. За годы войны она дослужилась до звания гвардии старшего лейтенанта, прошла путь от простого пилота до командира звена. Была трижды награждена орденом Красного Знамени, орденом Красной Звезды и Отечественной войны 2-й степени, множеством медалей, в числе которых «За оборону Кавказа».

Летчице Евгении Жигуленко был всего 21 год, когда в мае 1942-го она попала на фронт. Первые боевые вылеты в небе над Донбассом совершила в качестве штурмана, работая с Полиной Макогон. Уже в октябре 1942-го за 141 ночной вылет на самолете ПО-2 получила первую награду — орден Красного Знамени. В представлении говорилось: «Тов. Жигуленко — лучший стрелок-бомбардир полка».

Вскоре, набравшись опыта, Жигуленко сама пересела в кабину пилота и стала одной из самых результативных летчиц в полку. В ноябре 44-го гвардии лейтенанту Евгении Жигуленко было присвоено звание Героя Советского Союза. В боевой характеристике летчицы отмечалось «высокое боевое мастерство, настойчивость и мужество», описано 10 эпизодов опасных, но всегда результативных вылетов.

Летчица Евгения Жигуленко:

— Когда же начались мои боевые вылеты в качестве летчицы, я стояла первой в строю как самая высокая по росту и, пользуясь этим, успевала первой добежать до самолета и первой вылететь на боевое задание. Обычно за ночь успевала совершить на один вылет больше, чем другие летчицы. Так благодаря своим длинным ногам я и стала Героем Советского Союза.

Всего за три фронтовых года летчица совершила 968 вылетов, сбросив на нацистов около 200 тонн бомб!

После войны Евгения Жигуленко посвятила себя кино. В конце 70-х окончила Всесоюзный государственный институт кинематографии, снимала фильмы. Один из них — "В небе "ночные ведьмы" — посвящен боевой деятельности 46-го гвардейского ночного бомбардировочного авиаполка.

К сожалению, в полном составе полк с войны не вернулся. Боевые потери полка составили 32 человека. Несмотря на то, что лётчицы гибли за линией фронта, ни одна из них не считается пропавшей без вести. После войны комиссар полка Евдокия Яковлевна Рачкевич на деньги, собранные всем полком, объездила все места, где падали самолёты, и разыскала могилы всех погибших.

Самым трагичным эпизодом в истории полка стала ночь на 1 августа 1943 года, когда было потеряно сразу четыре самолёта. Немецкое командование, раздражённое постоянными ночными бомбёжками, перебросило на участок действий полка группу ночных истребителей. Это стало полной неожиданностью для советских лётчиц, которые не сразу поняли, почему бездействует вражеская зенитная артиллерия, но один за другим загораются самолёты. Когда пришло понимание, что против них выпустили ночные истребители Messerschmitt Bf.110, полёты были прекращены, но до этого немецкий лётчик-ас, только утром ставший кавалером Рыцарского креста Железного креста, Йозеф Коциок успел сжечь в воздухе вместе с экипажами три советских бомбардировщика, на которых не было парашютов. Ещё один бомбардировщик был потерян из-за огня зенитной артиллерии. В ту ночь погибли Анна Высоцкая со штурманом Галиной Докутович, Евгения Крутова со штурманом Еленой Саликовой, Валентина Полунина с штурманом Глафирой Кашириной, Софья Рогова со штурманом Евгенией Сухоруковой.

Однако помимо боевых были и иные потери. Так, 22 августа 1943 года в госпитале от туберкулёза умерла начальник связи полка Валентина Ступина, а 10 апреля 1943 года уже на аэродроме один самолёт, садясь в темноте, сел прямо на другой, только что приземлившийся. В итоге лётчицы Полина Макагон и Лида Свистунова погибли сразу, Юлия Пашкова скончалась от полученных ранений в госпитале. В живых осталась только одна лётчица — Хиуаз Доспанова, которая получила тяжелейшие травмы: у неё были перебиты ноги, однако после нескольких месяцев госпиталей девушка вернулась в строй, хотя из-за неправильно сросшихся костей она стала инвалидом 2-й группы. Также погибали экипажи ещё и до отправки на фронт, в катастрофах во время обучения.

К сожалению, выживших "ночных ведьм" после войны многие забыли. В 2013 году в почтенном 91-летнем возрасте тихо ушла из жизни гвардии майор запаса Надежда Васильевна Попова, последняя из двадцати трех боевых летчиц – «ночных ведьм», награжденных в годы войны Золотой Звездой Героя Советского Союза. Тихо, потому что в день ее смерти, 6 июля, о случившемся коротко сообщили разве что несколько информагентств. 

 Погибшие подруги

Малахова Анна и Виноградова Маша Энгельс, 9 марта 1942 г.
Тормосина Лилия и Комогорцева Надя Энгельс, 9 марта 1942 г.
Ольховская Люба и Тарасова Вера Донбасс, сбиты в июне 1942 г.
Ефимова Тоня умерла от болезни, декабрь 1942 г.
Ступина Валя умерла от болезни весной 1943 г.
Макагон Полина и Свистунова Лида разбились при посадке 1 апреля 1943 г., Пашковская
Пашкова Юля умерла 4 апреля 1943 г. после аварии в Пашковской
Носаль Дуся убита в самолете 23 апреля 1943 г.
Высоцкая Аня и Докутович Галя сгорели над «Голубой линией» 1 августа 1943 г. [147]
Рогова Соня и Сухорукова Женя — —
Полунина Валя и Каширина Ира — —
Крутова Женя и Саликова Лена — —
Белкина Паша и Фролова Тамара сбиты в 1943 г., Кубань
Масленникова Люда погибла при бомбежке, 1943 г.
Володина Таисия и Бондарева Аня потеряли ориентировку, Тамань, март 1944 г.
Прокофьева Панна и Руднева Женя сгорели над Керчью 9 апреля 1944 г.
Варакина Люба погибла на аэродроме в другом полку в 1944 г.
Макарова Таня и Белик Вера сгорели в Польше 29 августа 1944 г.
Санфирова Леля подорвалась на мине после прыжка из  горящего самолета 13 декабря 1944 г., Польша
Колокольникова Аня разбилась на мотоцикле, 1945 г., Германия


  • В 1981 году в прокат вышел советский художественный фильм «В небе „Ночные ведьмы“» режиссёра Евгении Жигуленко. Прообразом части, где служат героини фильма, стал 46-й гвардейский ночной бомбардировочный авиационный полк, сформированный по предложению Марины Расковой[. Режиссёр фильма Евгения Жигуленко воевала в составе этого авиаполка, была командиром звена и за проявленное в боях мужество стала Героем Советского Союза.
  • В 2005 году появилась книга Олега и Ольги Грейг «Походно-полевые жёны», в которой лётчицы изображены сексуально распущенными. Авторы так же обвинили их в том, что награды вручались только через постель. Ветераны полка подали на авторов в суд за клевету. Было возбуждено уголовное дело, которое было прекращено в связи с гибелью О. Грейг.

Расскажите друзьям!



Все события