Жизнь

«Почему именно мой ребенок?» Мать погибшего на полигоне солдата несколько лет добивалась компенсации от Минобороны

15.12.2017 Петербург 24/7 1329 https://spb247.ru/6823/

Летом 2012 года во время взрыва на полигоне «Погоново» в Воронежской области погибли двое солдат и еще одиннадцать были ранены. Семьи погибших, 18-летнего Дмитрия Некрасова и 20-летнего Никиты Белова, решили доказать, что в трагедии виновно командование военной части. Спустя пять лет Санкт-Петербургский городской суд утвердил компенсацию морального вреда двум матерям. Мать Дмитрия Некрасова Алевтина рассказала «Бумаге» о том, как она добивалась суда над командиром части Валерием Сюракшиным.

Во время следствия выяснилось, что среди отходов на полигоне находились неразорвавшиеся снаряды. Вместо профессиональных саперов командир Валерий Сюракшин отправил на уборку обычных солдат, посоветовав им быть осторожнее. По словам Алевтины, в это время саперы собирали овощи на полях фермеров.

Алевтина Некрасова:

— Рядом с частью в Воронеже был пиротехнический завод. У Западного военного округа был договор с заводом на утилизацию отходов на полигоне «Погоново». В военной части создали специальный батальон по зачистке, в котором был мой сын. Сюракшина назначили руководить батальоном утилизации. Буквально 18 июля они сформировали батальон, а 26 июля дети погибают.

paperpaper.ru | Группа «Полигон Погоново» во ВКонтакте

Некрасов, Белов и Мусатов стояли неподалеку от места выгрузки отходов, остальные спрятались в бункер за 50 метров. Никита Белов поднял гранату РПГ-9, пусковой механизм был уже взведен, произошел взрыв.

Алевтина Некрасова:

— На суде вообще «весело» было. Сначала представители военной части сказали, что мальчики сами гранаты эти принесли, потом сказали, что они неправильно их собирали и якобы вообще их пинали. Но при этом они же все спрятались. Оставили там троих человек, а сами все в бункер побежали. На суде я спросила: почему именно мой ребенок? Фактически на смерть отправили? Сюракшин опустил глаза и всё. Но один из его адвокатов спросил: сколько вам заплатить за гибель вашего ребенка? Вот Сюракшин 30 тысяч получает и может вам какую-то сумму заплатить. Я в ответ спросила Сюракшина: а сколько стоит жизнь твоего ребенка? Он сказал, что его жизнь бесценна. Это всё произошло на заседании суда, есть в протоколе.

Дмитрий Некрасов не должен был находиться на полигоне в тот день, за несколько месяцев до трагедии ему удаляли варикозные вены и запретили носить тяжести. Несмотря на предостережения врачей, командир части отправил Дмитрия на уборку, а до этого солдат неоднократно стоял на посту.

paperpaper.ru | Дмитрий Некрасов
Алевтина Некрасова:

-Ему два раза операции делали. После первого раза его старослужащий ударил сапогом по прооперированному месту, после этого его снова в госпиталь отправили. Сначала я даже не знала, что он собирается в армию. Мы с его отцом в разводе, он поехал к отцу, ему еще 18 не было, начал проходить медкомиссию. И в сентябре сказал мне, что пойдет служить. А в начале ноября ему пришла повестка. Он хотел уехать жить в Израиль, поэтому ему было нужно, чтобы его выпустили за границу. А для этого нужен был военный билет. Старшего сына я не пустила в армию, потому что знаю, что там то калечат, то еще что-то. Но он в итоге не мог устроиться на работу, потому что не было военного билета. А Дима говорил: не хочу как старший брат, хочу сам.

О взрыве на полигоне родители Дмитрия узнали по телевизору. Связались с командиром части Сюракшиным, но у него не оказалось времени на разговоры. Спустя несколько часов Алевтине удалось дозвониться до военной прокуратуры, где ей сообщили, что сын погиб.

Алевтина Некрасова:

- Диму зашили, чтобы он целым был, а его даже одеть не во что. Ведь он же солдат, его должны были хоронить в военной форме, а в части про это забыли. В итоге они привезли нас на кладбище и уехали, хоронили Диму мы без них. Школа, в которой учился ребенок, предложила оплатить могилу и похороны.

paperpaper.ru | Группа «Полигон Погоново» во ВКонтакте

Спустя несколько недель после гибели сына, Алевтина связалась с фондом «Право матери» и с его помощью подала иск в суд.

Алевтина Некрасова:

- До декабря Сюракшин проходил по делу как свидетель, против него не хотели заводить уголовное дело. Пришлось писать уполномоченному по правам человека при президенте, я писала Шойгу и в Следственный комитет.

Командир военной части предлагал родителям Дмитрия решить все мирным путем, но Алевтина настаивала на суде.

Алевтина Некрасова:

—На суде они то одного обвиняли, то другого, но только не Сюракшина. Но ведь это он командир, он отдал приказ! Видимо, пообещали Сюракшину, что его осудят, но потом выйдет по УДО. Но я так только предполагаю, потому что он полтора года дай бог отсидел. Сначала ему дали пять лет и лишили всех званий, а после апелляции — три года, звания оставили

Валерия Сюракшина признали виновным только в ноябре 2013 года, а в 2014-м приговор вступил в силу. Для получения компенсации за моральный ущерб требовалось подтвердить судимость Сюракшина. Алевтина получила необходимые документы спустя несколько лет после смерти сына. В марте 2017 года городской суд Петербурга назначил Алевтине Некрасовой денежную компенсацию в размере четырех миллионов рублей, выплату она получила через девять месяцев.



Расскажите друзьям!



Все события