Мой Петербург

Как живут люди в столетних петербургских домах и почему не спешат из них переезжать, несмотря на рушащиеся потолки и трещины шириной с ладонь

12.01.2018 Петербург 24/7 858 https://spb247.ru/8402/
Бумага | Доходный дом Перцова на Лиговском

Доходный дом Перцова на Лиговском, 44.

Андрей Клюев приобрел квартиру в доходном доме Перцова на Лиговском проспекте в 2003 году. Здание было построено в 1910 году и сейчас находится в ужасающем состоянии, хотя его признали историческим памятником и отдали под попечительство комитета по охране памятников. Клюев является председателем общественного совета дома и пытается всеми силами привести жилище в порядок. «Бумага» в прошлом году побывала в старинных петербургских домах и узнала, как там живут люди.

Бумага | Андрей Клюев
Андрей Клюев, жилец дома на Лиговском:

— Особенно дом подкосила история с котлованом, на месте которого сейчас стоит «Галерея». Поскольку Лиговский проспект — это бывший Лиговский канал, тут много воды. И когда отрыли котлован, получилось такое «озеро» — и дома начали «сползать» в яму, пошли трещины. Когда начали строить «Галерею», дом тоже стало трясти. Со стороны, которая ближе к «Галерее», трещины такие, что руку можно просунуть насквозь.

В доме есть система подвесных дворов: под ними есть пространство для хранения угля, дров, а позже туда провели коммуникации и водопровод. Из-за этого дворы стали проваливаться, а как их починить никто не знал. Ремонт этого дома включили в городскую программу на 2018 год, поэтому жители надеются на помощь в восстановлении дворов.

Бумага | Подвесной двор

В целом состояние дома очень плохое: мансарды съели жуки, трубы отвалились, потолок проваливается, а жителей мучают клопы и блохи.

Андрей Клюев, жилец дома на Лиговском:

— Власти всегда рады выслушать: говорят, мол, да, потерпите еще чуть-чуть, но это разговор бесконечный. Нас приглашают, обсуждают какие-то проблемы, всё записывают, обещают — и ничего не делается. Даже с подвесными дворами выяснилось, что делать будут не во всем доме, а только в одной части двора. Мы и сами проводим собрания, но, к сожалению, нет толку, хотя виртуальное какое-то движение есть.

Бумага | Фасад дома

Клюев рассказывает, что в дом даже полиция не приезжает на вызов. Однажды пьяные соседи протаранили ворота во двор, поломав и их, и автомобиль. Участковый пришел через два дня и сказал, что все в порядке.

В этом же здании находится несколько организаций: прокуратура, Следственный комитет, отделы МВД, психдиспансер. Они являются собственниками дома, поэтому за его состояние мало беспокоятся. Жильцы рассказывают, что сотрудники устроили на лестнице свалку. Поговаривают, однажды там умер бездомный. Он лежал в подъезде несколько дней, а работники организаций просто переступали через него.

На Лиговском очень много клубов, поэтому на лестничных площадках регулярно отдыхает молодежь — отходят после бурных ночей.

Бумага | После клуба молодежь идет в ближайший дом

Андрей Клюев, жилец дома на Лиговском:

— Здесь бывали всякие ситуации. Дети из окон выпадали, от балконов отваливались куски и падали на машины. Что тут скажешь: все под богом ходим. В принципе, если здесь живешь, как-то уже привыкаешь, учишься избегать неприятностей. Сам дом целиком не аварийный. Даже если бы признали, людям-то куда переезжать? В Купчино, в Колпино? Из центра? Никто не хочет. Я здесь прижился и никуда не поеду: врос корнями. В моей квартире комфортные условия.

Доходный дом Бойцова. Митавский переулок, 3.

Бумага | Доходный дом Бойцова на Чернышевской

Бабушка жильцов жила в коммуналке с 1963 года. За 55 лет дом ни разу не видел капитального ремонта. Во время войны в стену попал снаряд, после чего пошли трещины. Штукатурка на кухне осыпается от любого прикосновения.

Бумага | Зинаида Федоровна
Зинаида Федоровна:

— Раньше мы жили тут втроем: сын, муж и я. Квартиру нам оставила моя старшая сестра. Потом сын лет 10 жил один, пока в 2011-м инсульт не случился. Нога отошла, с тростью еще ходит, а рука как плеть. За ним нужен уход. Мы договорились, что сюда въедет его сын — с женой и ребеночком. Они уже года четыре тут живут, а я приезжаю, помогаю. Еще тут снимают комнату, но съемщики часто меняются.

Дом так и не признали аварийным: жильцы приватизировали жилье, поэтому оно является частной собственностью.

Бумага | Состояние стен

Семья собирается продавать свою жилье и переезжать в другое место. Они рассматривали Девяткино, но там квартиры еще только строились, потом думали про Приморский район, но квартиры оказались очень дорогими.

Бумага | Коридор

Доходный дом на Большой Зеленина, 1/44.

Бумага | Дом на Чкаловской

Этот дом возвели в 1902 году, но по словам жильцов, его построили раньше: власти пытается сделать здание помоложе, чтобы оттянуть ремонт.

Мария Березкина переехала сюда к мужу в 2013 году. До этого его семья прожила тут 30 лет. У пары двое маленьких детей. Они живут на пятом этаже, лифт появился совсем недавно. Девушка рассказывает, что здесь нет инфраструктуры, хотя дом находится в центре. Да и пьющие соседи не добавляют радости.

Бумага | Мария Березкина
Мария Березкина:

— В соседнем подъезде какое-то время не было половины лестничной площадки: она обрушилась. Сделали ее только в этом или прошлом году. Дом периодически ставят на аварийность, ничего не делают, снова снимают с аварийности. В последний раз нашу аварийность оценили на 75%. В итоге всё равно сняли. Ходил слух, что [дом не ремонтируют] из-за башни, которая над нами, — мол, это памятник. Мы так и не знаем наверняка, правдив ли этот слух.

Кроме этого, гниют балки и обваливаются прямо на жильцов. Квартиры находятся в собственности, поэтому ремонт должны делать сами люди без помощи правительства.

Мария Березкина:

— Нам сказали, что расселять не будут. У меня муж уже 30 лет стоит в очереди на расселение. В прошлом году мы добавили к нему в очередь двоих детей. Никто пока даже не предполагает, когда и что будет происходить. Сейчас рабочие делают капремонт крыши, к 2018 году собираются сделать ремонт водоснабжения, газоснабжения и еще чего-то. А то, что с их капремонтом крыша скоро вместе с башней на нас рухнет, — видимо, всё равно.

Девушка рассказывает, что летом у них обвалился потолок в коридоре. Несколько недель дети выходили в коридор только по необходимости— это было очень опасно. Потом рабочие забили дыру фанеркой.

Домом в основном занимается семья Марии и соседка. Они пишут во все ведомства и даже президенту, но пока ничего не добились. Квартиру трудно продать — нет покупателей. Как только люди приходят посмотреть жилье, они видят коридор и уходят. Сейчас муж Марии пытается хоть как-то привести дом в нормальный вид. Сделать косметический ремонт возможно, для капитального же нужно скидываться соседям, большинство из которых пожилые люди.

Бумага | Соседка Марии

В доме водятся мышки и рыжие тараканы. Жители борются с ними с помощью специальных мелков, которыми мажут практически все стены и щели. Еще у Марии есть своя охотница — кошка Снежа, которую подобрали на улице.

Бумага | Кошка Снежа

Мария рассказывает, что они не могут поменять старые окна на стеклопакеты и не заменить рамы: дом не выдержит. Летом температура в комнате доходит до 30−36 градусов, поэтому все время включают вентиляторы.

Мария Березкина:

— Главный минус — это вода. Во всей коммуналке предусмотрена только холодная вода и нет даже помещения под душ. На всю коммуналку три раковины, в двух из которых напор такой, что ведро наполняется за час. Насколько я знаю, проводить воду [в квартиры] запрещено, душ ставить незаконно, стиральную машинку тоже.

Мария готова переехать в любой район, только бы не жить в этом доме. Больше всего ей нравится Ленинский проспект: тихий, спокойный район с хорошей инфраструктурой, а еще там меньше алкоголиков.



Расскажите друзьям!



Все события